Становление и организация государственных институтов в московском государстве в хиии — хvi вв (дирломна) часть 14

Сен 12 2018

могли быть все свободные монголы, независимо от родовой статуса, то в дальнейшем, со ростом числа младших Чингизидп эта должность занималась главным образом ими. Наиболее яскравии примером жизнь Ногая — троюродного племянника внук Чингисхана Берке, который начинал как темник, и большинства йог союзников и врагов, каждый из которых был принадлежащим к Чингизидов. Но возможность темництва для нечингизидив сохранялась, о чем свидчат примеры Туглий-бия, Мамая и Едигея. Итак все время темники были связующим звеном между Чингизидов и простыми воинами, осуществляющие значительное влияние на политику ханов [51, c.630].
Чтобы ограничить возможность всевластности темников, Чингизхаи закрепил харизму власти за своими непосредственными потомками, лишив темников возможности претендовать на верховную власть в Империи.1 вс; дальнейшая идеологическая машина империи (жрецы, хронисты и даже народы певцы) работала в этом направлении — законную власть имеют Лиши Чингизиды, причем не важно, какими личными качествами Бони наделены. Европейский прецедент законной замены одной, слабой династии на другую, более действенную, но нелегитимной в настоящее время в монгольской империи был невозможен. Даже самые мощные темники вынуждены были считаться с этой харизмой Чингизидов. И именно это в дальнейшем привело такие постимперские феномены, как феномен Тимура-Тамерлана и Едигея [22 c.370].
определенной степени изменился статус темников никак Чингизидов после образования на территории единой монгольской империи сначала напивне-зависимых, а затем и полностью независимых улусов — Золотой Орды, государство Хулагидив и Чагатая. В них институт темництва приобрел новое значення.
переводчик в Шанхае

майже полностью отличного от того, которое ему оказывал Чингисхан. Так, известно, что все старшие сыновья Чингисхана получили в наследство от отца всего по четыре тысячи воинов — монголов, то есть даже меньше одного ТУМЕН [22 c.262]. И при этом им выделялись огромные земли в качестве улусов, на которых дети должны были установить монгольскую власть и обеспечивать на них покорность местного населения, зачастую значительно превышало общее количество монголов, не говоря о незначительных военные контингенты, выделенные Чингисханом. Проблема завоевания новых земель перед каждым из детей в одиночку практически не стояла — для больших походов выделялась объединенная армия различных Чингизидов, как это было в 1236 году для захвата Батыем Дешт-и-Кипчака и Руси [51, c.469]. Но в дальнейшем основные монгольские войска оставляли покорен край, и новый правитель имел самостоятельно обеспечивать продолжение своей политической карьеры. Единственным путем для этого становилась мобилизация местного, преимущественно кочевого населения покоренных территорий — именно так, на основе четырех тысяч создавать стотысячную армию. С формированием новых армий сразу возникала потребность комплектации их командного состава, прежде всего, темников. В этой ситуации темник уже выступает не как бывший казак или сподвижник Чингисхана, что обеспечивало определенную независимость от детей большого Хана, а как непосредственный вассал Чингизидов-Джучи, Чагатая, Хулагу, а также в определенной степени Хубилая. Главным источником темников в это время становятся моложе представители династии, из-за своей удаленности от основной ветви рода не могли претендовать на верховную власть даже в новых государственных образованиях [22, c.262]. С учетом полигамии, количество таких лиц за короткое время — первую половину XIII в., Значительно превышало спрос. Так, по источникам можно проследить, что уже к концу XIII в. младшие Чингизиды занимают даже ниже должности в армии — тысячников и сотников, имея должность темника пределом мечтаний, не надеясь на отдельный улус лишь выжидая момента, чтобы подняться по иерархической лестнице. Учитывая государственные ранги в системе иерархии монгольского общества их можно условно назвать темниками-огланам, хотя они по закону наследственности не имели прав настоящих огланов [36, c.215].
Однако параллельно с темниками — Чингизидов продолжали существовать и темники из других родов. Они получили власть, в первую очередь, как потомки верных слуг Чингисхана, следовательно, условно их можно назвать темниками-нойона, их амбициозность была искусственно подавлена ​​системой родовой харизмы потомков Чингисхана, однако они отличались личными качествами и исполнительной дисциплиной. Последнее делало этих темников популярность в армии и среди Чингизидов, котор
ые претендовали на власть нелегитимными способами. Так, на темников, а не на огланов делал свою основную ставку претендент на власть в Золотой Орде Берке, который в легитимности уступал детям Бату. В дальнейшем Тохта и Узбек также опирались на темников-нойонов для борьбы с темниками-огланам: Ногаем, бурлит ком, Сара-Буко и другими, которые претендовали на определенную автономию в Золотой Орде. В определенное время их количество уменьшалось, что мы видим во времена преемников Берке — Менгу-Тимура и Туда-Менгу, при которых темники-нойоны были устранены темником — Чингизидов Ногаем на периферию политической жизни [51, c.465]. Они стали рассматриваться уже не как отдельная сила, а как определенная карта в руках двух игроков — хана и Ногая. И их возвращение к собственной активной политики стало возможным только после разгрома могущественного темника-оглала.
В новых улусах старших Чингизидов темники постепенно занимают ту нишу в результате уничтожения во время завоевания всех родоплеменных образований кочевых народов. Потеря бывшими половцами, печенегами и торками своей исторической социальной организации толкнуло их к новым образований — военных подразделений монгольской армии, и темники для них заняли место прежней родовой аристократии [36, c.220]. Поэтому произошел некий синтез монгольской верхушки и покоренного населения. Особенно это стало заметно во второй половине XIII в., Когда постепенно стабилизируется политическая ситуация в Монгольской империи: определяются границы между улусами, порядок взаимоотношений между различными поколениями Чингизидов и между центром и регионами. И главное — практически прекратились широкомасштабные завоевательные походы с привлечением контингентов других улусов, прекратившим начатые Чингисханом массовые миграции и стимулировало укрепление феодальных отношений в новых государствах — улусах, где именно тысячная принадлежность населения стала основой ленной системы [51, c.582]. Так, темники начинают постепенно превращаться из офицеров на феодалов-ленников, обязанных нести службу хану по основаниям вассальной зависимости. Они продолжали зависеть от воли хана, который мог лишить их власти над ТУМЕН, и при этом должны были считаться с интересами собственного подразделения, особенно его командного состава — тысячников и сотников, которые могли перейти на службу к другому темника, так как были связанными завещанию Чингисхана [22 c.263].
Но в то же время темники, как правители отдельных областей, где должны кочевать их отряды, имели практически неограниченную власть как военного, так и административного характера. Апелляцию по их действий в мирное время можно было получить только от хана, для основной большинства простых воинов, и особенно для представителей покоренного населения, было просто нереально. Темник должен был сам заботиться